Elena Gilbert
Елена Гилберт
22.06.1992 › 26/26
человек › сторона своя и друзей
Мистик-Фолс (Вирджиния) → Новый Орлеан (Луизиана) › пленница Клауса→в будущем волонтер в больнице
Nina Dobrev

story of my life
в попытках начать новую жизнь

›  обо мне:

вики

my resources:
у нас проблема. И когда я говорю проблема, я подразумеваю глобальный кризис
›  связь с вами: тг не работает, вк есть у Бонни
›  какие изменения вы хотите внести в сюжетную линию персонажа (для канонов): стать самостоятельной девочкой/личностью, что не заглядывает в рот к братьям Сальваторе (адекватно взрослой, а не драмаквин с "я сам решу" и возвращению к тому, что снова без братьев Сальваторе решить-то девочка ничего и не может); осознать/принять/пережить и перерасти драму с Деймоном - он вампир, она хочет спокойной жизни ЧЕЛОВЕКА (как-будто это вообще возможно) - они всё равно разные, цели разные: пора Елене взрослет головой и чувствами. Из депрессии Деймон-то её в итоге всё равно выведет (и как сильно долго можно вообще унывать, если Бонни ради комфортных условий сущестования Елены пожертвовала собой? И насколько надо быть глупой, чтобы пытаться трепать нервы Первородному, который тебя держит в плену и прекрасно осознавать, что ну будет же только хуже тебе же? Склоняюсь к тому, что скорее всего апатия была на то, что снова кто-то чем-то пожертвовал ради неё; и обида на то, что те кого она так ждала на помощь не пришли и действительно отпустили (как эгоистично, Елена)); искать способы помощи Стефану. Возможно осознать, что помощь ему-то и не нужна или наоборот нужна. А может в какой-то момент наоборот осознать крутость быть "матерью гибридов" и втяуться в сверхъестественный мир только в другом статусе, с другим мышлением и с новыми дейстующими лицами.
›  что делать, если вы уйдете с проекта (неканоны): -

ПРОБНЫЙ ПОСТ:

— Далеко идти пришлось, — тихий, слегка словно запыхавшийся голос хрипотцой отдается где-то в волосах, теряется в порывах ветра и вовсе аккуратно усмехается выдохом пока крепкие руки прижимают ревниво к своей груди и по-собственнически боясь упустить хоть на миг. Я отсчитываю бесцельно частоту его дыхания и носиком прячусь в шею сама схватившись за плечи Сайласа, как за единственный спасательный круг в своей разломанной и вновь склеенной жизни.

Вот он. Не бесплотная фантазия, не сон, не приведение, не видение Ада, не Том или кто там ещё есть в бесчисленных множествах таких непохожих двойников. Это мой такой всегда далекий и недосягаемый Сайлас, на которого даже украдкой смотреть было наказуемо и порицаемо обществом. Под подушечками пальцев бьется пульсом его живое сердце, теплом растекается по темно-синим венам. Пахнет хвоей, чем-то кофейным и новым миром, что так ему идет. Приходится даже смехом фыркнуть в ответ на щекотливое мужское дыхание, который сейчас так без зазрения совести своими жадными движениями ерошил густые волны волос, и вскинуть взгляд вверх на острый профиль.
Усталый? Озадаченный? Или наконец действительно успокоившийся? Какой Сайлас теперь? Пока по скользящим по щеке желвакам и искрящимся летней зеленью глазам не видно его мыслей роящихся в голове.
— Главное, что дошел, — не опуская взгляда, улыбаюсь на эту мысль и переполняющее чувство радости внутри — я действительно боялась, что не встретимся больше... — голос садится до дрожащего шепота, когда опускаю голову и немигающим взглядом рассматриваю свои пальцы на его футболке; в горле першит комом невысказанного страха, — что вернулась только я. — сильнее пальцами [что до этого лежали ладошками на груди его] сжимаю куртку и невольно хмурюсь на просквозившее в сознание имя ведьмы, до этого изрядно нам попортившей жизни. Интересно, а где она? И действительно ли я хочу знать как она?

Сильный порыв ветра подхватывает с плеч волны волос и приходится локоны упавшие на лицо пригладить руками, машинально оборачиваясь через плечо назад на скользнувший ветер аккурат как в голове проскользнула мысль о Кетсии. Кожа покрывается неприятными мурашками холода, повеявшего от воды рядом.
Сайлас, кажется, отзеркаливает моё движение, вскидывает потом голову к посеревшему небу от набегающих туч и кажется приглушенно хмыкает в ответ на свои наблюдения. Я скольжу взглядом по его приоткрытой от воротника куртки шеи, поднимаюсь по напряжённой тонкой мышце, перекатывающейся под тонкой кожей_очерчиваю линии челюсти, скулы и сама неосознанно повторяю его движение, закончив свой обзор вскинутой головой к небу. Хмурюсь на пасмурную, недовольную погоду так отличающуюся от моего внутреннего солнечного и безмятежного штиля. И уже снова одним выверенным точным движением оказываюсь под рукой мага. Довольно втягиваю воздух полной грудью. Морщу носиком от нескрываемой улыбки, согласно облокотившись о шатена, обхватываю его рукой за спиной и, выпутав руку из его ладони, висну на мужских пальцах, что свисали с моего плеча. Машинально начинаю их мягко перебирать.
[indent]  [indent]  [indent]  [indent] может на этот раз у нас действительно всё получится?
— Мне совсем не знаком этого город. Где мы можем укрыться от непогоды? — но я не верю ни одному его слову, хоть и голос звучит безмятежно-честно, взгляд на меня блестит самой искренней правдой. - Врешь же, — шутливо усмехаюсь, более удобно обернувшись к Сайласу и выпутав из-под его руки на плечах моих волосы.
Ну и пусть врет. А может и не врет. Главное, что сейчас здесь в этом варианте вселенной он со мной и между нами нет пропасти в виде статусов_социума_Кетсии_неравенства. И может быть наконец нас оставили в покое? Сколько надо пережить, чтобы исправить свои ошибки_чужие обиды? Но скажи мне тогда, через что нам придется пройти и мне пережить — я бы вошла в эту реку снова не задумываясь и ничего не меня в своих поступках и решениях.

Потом расскажу Тому кто находится в моей квартире, которую он мне так благородно помог снять. Потом расскажу Сайлосу всё то, как меня утопающую спасал Эйвери и кому я обязана всем тем, что сейчас есть у меня в моем маленьком, заново строящемся мирке.
Шатен любезно открывает передо мной дверь и я, скользнув в помещение, не снимая темно-синего пальто устремляюсь к обеденному столику, заваленным исписанными листами буквами этого нового времени. В кухонный шкафчик с звуком неуклюжести прячу ручки, карандаши, ластик, черновики, комканные листы бумаги, что-то похожее на букварь, тетради просто исписанные в хаотичных линиях раздражения и бессилия от того, как тяжело мне дается новая наука. Туда же в ящик отправляю книги истории, что так заботливо мне читал Том, проводя мини уроки истории, и кажется, в эти моменты сам отвлекаясь от своего сломанного настоящего. На миг проскальзывает мысль и оставляет привкус невысказанного разочарования, когда осознаешь, что девушка, которую ты спасал_помогал_обучал_не бросил и за руку держал приглушая её голоса в голове легко смогла переключиться на того, чье имя, наверное, доводит до скрежета зубов из-за частоты его упоминания и того неосязаемого ожидания в взирающих на тебя глазах.
Но проморгавшись и прикусив щеку с внутренней стороны, отгоняю секундное замешательство, обещая самой себе обязательно рассказать и показать как мне дорог друг и что у него своё персональное и неоспоримое место в моей жизни_чувствах_сердце.

Щелкает замок и обернувшись, ладонью облокачиваясь о кухонную столешницу, неловко улыбаюсь Сайлосу перекрывая своим силуэтом недавнее место преступления. Интересно, а кто помогал ему? Он снимает куртку, оглядываясь изучающе, вешает вещь в шкафчик. Помогает снять пальто мне, а я в момент возни успеваю вновь чмокнуть его в щеку, ладонями скользнуть по линии расправленных плеч. Улыбнуться родинке на скуле, что не видно стоит хоть на несколько сантиметров отрасти щетине. Заприметить что вместо волнистых волос теперь новая прическа и подметить, что она ему идет. Новый образ, новый стиль, это время – Сайлосу идет всё.
Черт, я бы действительно снова всё повторила и на самом деле абсолютно не жалею о том, что смогла отвоевать? этот колдун принадлежит мне. Кто сказал, что прародитель двойников Петровой [одна из копий которая непоколебимая святость, а вторая чертенок на левом плече] сама является ангелом с нимбом над головой?
— Дворец? — поддаюсь Сайлосу и позволяю ему запрокинуть моё лицо, сама улыбаясь на каждое действие шатена, ласкаясь к нему неосознанно кошкой скучающей, — в этом мире всё другое. Дворцы остались только на картинках... — запнувшись в попытке вспомнить слово фыркаю на понимание того, что моя речь прыгает от родной к новой и снова родной, а возлюбленный сам подхватывает эти качели не замечая. - на картинках книг. — щекой прижимаюсь к плечу и на миг прикрываю глаза в желание вот сейчас на это короткое время запомнить ощущение его близости и тепла. Мне так этого не хватало две тысячи лет.
[indent]  [indent]  [indent]  [indent] мне теперь везде с тобой будет дворец.
— Боже, ну и хозяйка, — снова тараторю, улыбаюсь и тяну Сайласа за руку за собой, — будешь чай? — он отходит в сторону, а я перебираю полки в поисках баночек с чаем, — у меня где-то ещё было печенье...овсяное. Ты пробовал овсяное печенье? — мимолетный взгляд через плечо, сдуваю с глаз выпавший локон и вновь возвращаюсь к поискам и заварке, — Это лучшее, что смогло придумать человечество.
В пальцы согнутые незаметно улыбаюсь от ощущения молчаливого взгляда колдуна, что скользит хоть и на расстояние обманчиво невесомо, но на деле весьма ощутимо словно руками по коже горячей. Меняю плавно изгибы движения на более грациозно-кокетливые, позволяю с плеч соскользнуть вязанному кардигану и оголить кожу с тонкими бретельками нательной майки. Самой же хочется послать к черту и этот чай, и печенье, и правила гостеприимства. Закрыть двери, зашторить окна и просто оказаться в объятьях мага. Слышать дыхание, ощущать сердцебиение, впитывать тепло и этот неповторимо-любимый дурманящий аромат нового парфюма Сайласа. Чтобы пальцы крепко обняли за плечи и наконец, действительно, отступили тревога, страх нового мира, голоса в голове.
Именно так ощущаешь себя, когда заканчивается хороший фильм ли дочитываешь книгу. Сентиментально уютно.

Словно считав мысли под каким-то нераслышанным предлогом шатен оказывается за спиной. Я лишь шкодливо прикусываю уголок нижней губы и откидываюсь чуть назад, позволив себе прижаться к груди. Нет, стой, подожди. Он целует в макушку, а я слегка надув губы обиженной наигранностью хмыкаю из-за отсутствия продолжения и того, что мужчина удаляется за стол, забрав свою кружку. Приходится смирившись вздохнуть и проследовать за возлюбленным, устроившись напротив него. Но следующие вопросы Сайласа заставляют напрячься и разрывают собой атмосферу умиротворения.
Точные аккуратные слова разрезают своей неловкостью кожу ножом, отчего вскидываю потемневший взгляд на колдуна и несогласно поджимаю губы. Я могу ему рассказать, где была, но рассказывать о последствиях колеблюсь. Не сомневаюсь, он в силах мне помочь, но снова в этот раз со мной что-то не в порядке. В прошлый раз я боролась с душами, кричащими и разговорившими со мной как с маяком, засадила осколком в шею Сайласа. В общем была не в самом лучшем состояние душевном и умственном. И вот снова? Ничего в итоге не изменилось?

Протяжно выдыхаю, словно таким жестом пытаюсь вырвать изнутри все сомнения и убивающие мысли неправильности. Опускаю взгляд на темные круги чая, что под пальцами внезапно стали дребезжать от кружки.
— Я знала, что не попаду в рай. Те, кто уводят у своих хозяев женихов из-под венца вряд ли могу рассчитывать на божественное прощение и вообще считаться хорошими людьми, — сухо усмехаюсь, не поднимая головы и не взирая на Сайласа. Если хоть на миг зацеплюсь за него взглядом, то не смогу рассказать и четверти происходящего. Я боюсь увидеть в его глазах брезгливость и разочарование, – Пришлось проходить Ад. Не самое приятное место, особенно когда встречаешь существ и души, которых ты же переправила когда-то на Ту сторону, — пальцы нервно слишком сильно дрожат, отчего приходится руки положить на колени под стол, предварительно поправив вязанный кардиган на плечах поскольку по коже прошлись мурашки холода. — Но у меня получилось! — в голосе слабая неуверенная, но гордость за себя и свои силы; за то, что сама по себе я оказалась не беспомощным созданием, - Там же встретила Тома. Тогда я подумала, что это ты, но потом поняла, что нет, — всячески стараюсь оттянуть рассказ о том, что происходит в моей голове, да и за друга тоже следует рассказать ведь он помог мне собирать этот мир по кусочкам, — Он мне помогал. Порой в ущерб себе и иррационально благородно, но старался. И он же вывел меня из Ада. Обустроил, теперь учит особенностям времени. — улыбнувшись, решаюсь поднять взгляд пока пальцами нервно накручивала рукава под столом, но в этот же момент резко подскакиваю с грохотом уронив за собой стул.

Передо мной сидел Сайлас, но лицо его с привычного менялось рябью на оголенное обожжёнными мышцами, серо-обугленную плоть и снова его привычное. Наученная не кричать, с силой машинально прикрываю рот ладонью, но успев окатить виденье горячим чаем из кружки и в вдогонку ещё отправив ту в образ.
Это иллюзия? Галлюцинации? Видения уставшего разума или действительно передо мной сидит не Сайлас, как я верила в самом начале. В груди тоскливо сжимается сердце и в горле застревает комом невысказанное разочарование, что неужели мой маг меня так и не нашел? Несколько шагов назад и упираюсь спиной в полки-перегородку, локтем сбив горшок с цветком. Треск керамики набатом резко отдается в голове новыми голосами, отчего жалобно хмыкаю, запуская пальцы в волосы и ладонями закрывая уши словно это спасет от галдежа. Кто-то вновь просит о помощи, кто-то злорадствует, кто-то просит что-то передать Сайлосу. Говорят о пещере, магии, существах из Ада, что всё ещё ждут вырвавшиеся души обратно.
— Да прекратите, — жмурясь, сильнее сжимаю голову словно и это поможет вытеснить речи и смех. Открываю глаза, вижу всё ещё рябью колеблющееся лицо шатена, но не слышу его слов. Не слышу его голоса. - Нет, стой, не подходи, — выставив руку вперед, пытаюсь остановить мага неуверенная, что сейчас на самом деле это действительно мой Сайлас. Мой страх, наверное, считывается на уровне ощущений. Нервным тиком дергаю головой на смех в мыслях. — Что с твоим лицом?